Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
 
Реклама
Реклама




Т.А. Полякова: Заместитель директора Департамента конституционного законодательства Минюста России


Правовые аспекты модернизации в информационно-телекоммуникационной сфере при построении информационного общества в России



Процессы, происходящие в современном мире, все с большей очевидностью демонстрируют взаимосвязь и взаимозависимость глобализации и роста информационно-коммуникационных технологий. Информационные инновации, наряду с техническими и управленческими, не только значительно расширяют возможности управления государством и существенно повышают ценность информации как стратегического ресурса, но и становятся важной составляющей модернизации государства.


Теоретические и практические компоненты информационной глобализации, ее тенденции и доминанты, а также порождаемые ею вызовы и угрозы национальным интересам России в информационной сфере сегодня широко обсуждаются в различных форматах.


В ходе мирового политического форума «Современное государство: стандарты демократии и критерии эффективности», прошедшего в сентябре 2010 года в Ярославле, Президент Российской Федерации Д.А. Медведев среди самых важных политических приоритетов современной России определил модернизацию экономики и технологического производства. Способность государства обеспечивать и поддерживать высокий уровень технологического развития, а также высокий уровень средств коммуникации и обмена информацией были названы в числе пяти стандартов демократии, и в качестве одного из них наряду с высоким уровнем культуры и образования стоят средства коммуникации и обмена информацией.


Основные задачи в информационной сфере, включая обеспечение информационной безопасности в российском сегменте сети Интернет, вытекают из Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации, утвержденной Президентом Российской Федерации 7 февраля 2008 года №Пр-212
[1], и Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 года №537.[2]


В целях реализации указанных стратегических документов, а также концепции электронного правительства разработан Системный проект формирования структуры электронного правительства, который в настоящее время проходит согласование.


Однако необходима разработка правовых основ информационного общества в России на базе комплексных научных исследований с учетом того, что резко ускоряющиеся информационно-коммуникативные процессы глобализации эволюционируют, формируются новые общественные отношения, нуждающиеся в правовом урегулировании.


Взаимное влияние глобализации на информационную сферу достаточно широко исследуется не только экономистами, финансистами, но и специалистами в области права. С.В. Поленина характеризует глобализацию как макромасштабный, многоплановый и внутренне противоречивый процесс нарастания общего в мировых системах: экономической, политической, социальной и правовой
[3].


В связи с этим особое значение при построении информационного общества приобретает важность системного подхода при определении приоритетов правового регулирования в этой сфере и тщательное исследование правовых проблем регулирования информационных отношений, носящих зачастую трансграничный характер, поскольку резко ускоряющиеся информационно-коммуникативные процессы глобализации эволюционируют в качественно новое состояние – режим реального времени, и возникающие в связи с этим новые общественные отношения нуждаются в адекватном правовом регулировании.


Сегодня информационно-коммуникационные технологии активно внедряются в повседневную жизнь, и это позволяет признать, что уверенно идет процесс вступления Российской Федерации в информационное общество, в глобальное информационное общество.


Прошел почти год с момента образования при Президенте Российской Федерации Совета по информационному обществу, определены важные задачи в целях реализации Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации и плана ее реализации до 2011 года.


В связи с этим определены ключевые задачи по формированию электронного правительства и национальной телекоммуникационной инфраструктуры и обеспечению доступности на ее основе населению на территории страны современных информационно-коммуникационных услуг и др.


Следует согласиться с позицией академика А.Д. Некипелова, что в своей основе глобализация – процесс объективный, а его материальной основой является революция в технической сфере, совершенно новые виды коммуникаций, транспорта и информационных технологий. Информационно-телекоммуникационные технологии и широкое использование Интернета являются наряду с финансовой, торговой и транспортной деятельностью не только основным объектом глобализации, но и служат определенным катализатором распространения глобализации в первую очередь на социальную сферу, занимающую в системе правового регулирования государств существенное место
[4]. При этом оценки влияния процессов глобализации на развитие информационного общества и обеспечение информационной безопасности достаточно противоречивы, поскольку влекут за собой новые вызовы и угрозы, наряду с несомненными достижениями.


Существует немало разнообразных дефиниций глобализации. В рамках проблем обеспечения информационной безопасности наиболее емким, как справедливо считает А.И. Смирнов, является определение экономиста М.Г. Делягина: «Глобализация – процесс лавинообразного формирования единого общемирового финансово-информационного пространства на базе новых, преимущественно компьютерных технологий»
[5].


В основном применение этого термина учеными связывается с бурным развитием информационно-коммуникационных технологий. Так, по мнению Ф. Дефаржа, чертой глобализации является взрывообразный характер передвижения всех видов потоков: капитала, людей, технологий, услуг, информации и идей
[6].


В перечень измерений глобализации, по мнению английского ученого У. Бека, необходимо включать коммуникационные технологии, экологию, экономику, организацию деятельности, культуру и гражданское общество
[7].


Процессы глобализации определяют цели, задачи и принципы развития информационного общества в России. Утвержденная Президентом РФ в 2008 году Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации учитывает основные положения Окинавской хартии глобального информационного общества, Декларации принципов построения информационного общества, Плана действий Тунисского обязательства и других международных документов, принятых на Всемирной встрече на высшем уровне по вопросам развития информационного общества.

 

Регулирование правоотношений в сфере государственных услуг


Проблема доступа населения к информационным технологиям в настоящее время имеет важное социальное значение и обозначена как проблема «цифрового неравенства». Как и социальное неравенство, «цифровое неравенство» способно оказать существенное влияние на нормальное функционирование общественного процесса и государственного управления и влияет на состояние обеспечения информационной безопасности.


Вопросы формирования в Российской Федерации информационного общества стали предметом обсуждения на VI Тверском социально-экономическом форуме «Информационное общество» в июле 2010 года в Твери, где обсуждались вопросы, связанные с разработкой специальной долгосрочной целевой программы «Информационное общество (2011–2018 годы)».


9 июля 2010 года в Твери также состоялось заседание Совета при Президенте Российской Федерации по информационному обществу, на котором Д.М. Медведев отметил, что электронное правительство – это не возможность получить бланк через Интернет, заполнить его в бумажной форме и отнести потом куда бы то ни было: в больницу, поликлинику, в налоговую инспекцию. Это возможность получить электронную услугу, не выходя из своей комнаты, – вот в чем смысл.


Кроме того, принцип
открытости и доступности информации о деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, судов, определенный в качестве основополагающего федеральными законами «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»[8] и «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления»[9] позволит усилить борьбу с коррупцией при оказании государственных услуг с использованием Единого портала государственных и муниципальных услуг (функций) и при осуществлении правосудия.


В апреле 2010 года для пользователей Единого портала активизирована функция подачи заявлений на получение лицензий, паспорта, в том числе заграничного.


Вместе с тем необходимо отметить, что в федеральном законодательстве содержатся нормы, препятствующие переходу на предоставление государственных услуг в электронном виде.


Так, в ряде законодательных актов не предусмотрено межведомственное взаимодействие в электронном виде, не регламентирована возможность предоставления заявителем документов в электронном виде и обозначена необходимость личного присутствия заявителя.

На урегулирование процедуры предоставления государственных услуг в электронном виде направлен Федеральный закон от 27 июля 2010 года №210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг»[10].


Основными целями федерального закона являются повышение качества предоставления государственных (муниципальных) услуг и исполнения государственных (муниципальных) функций, предусматривающих взаимодействие с гражданами или организациями, а также повышение эффективности и результативности деятельности государственных органов и органов местного самоуправления.


Федеральный закон устанавливает требования к процедурам предоставления государственных (муниципальных) услуг, исполнения государственных (муниципальных) услуг, а также к порядку взаимодействия органов, предоставляющих государственные (муниципальные) услуги и исполняющих государственные (муниципальные) функции, с гражданами и организациями, в том числе в электронном виде.


Представляется важным отметить, что в указанном федеральном законе введено определение понятия «предоставление государственных (муниципальных) услуг, исполнение государственных (муниципальных) функций в электронном виде», а также общие требования к разработке и утверждению административных регламентов и стандартов.


Отдельная глава данного федерального закона посвящена развитию инфраструктуры электронного правительства, включающая в том числе реестры государственных (муниципальных) услуг (функций), единый портал государственных и муниципальных услуг (функций) и использование универсальной электронной карты для удостоверения прав пользователя картой на получение государственных и муниципальных услуг, а также иных услуг, в том числе для совершения в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, юридически значимых действий в электронной форме.


Единый портал государственных (муниципальных) услуг (функций) должен обеспечить доступ заявителей к части сведений об услугах (функциях), размещенных в сводном реестре государственных (муниципальных) услуг (функций), предназначенных для распространения с использованием сети Интернет, а также предоставление (исполнение) государственных (муниципальных) услуг (функций) в электронном виде.


В целях реализации вышеназванного федерального закона принят Федеральный закон от 27 июля 2010 года №227-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг»
[11].


Целью данного федерального закона является предоставление заявителям возможности осуществлять взаимодействие с органами власти дистанционно в электронном виде, в том числе обращаться в органы власти и получать результаты такого обращения. Законопроект также устанавливает требования к процедурам предоставления государственных (муниципальных) услуг в электронном виде.


Необходимо отметить, что до настоящего времени соответствующие положения не отражены в специальных законах, имеются нормы, препятствующие таким формам взаимодействия заявителей с органами власти.


Так, в соответствии со статьей 22 указанного федерального, закона с 1 января 2011 года Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»
[12] дополняется понятием «электронный документ», содержание которого не соответствует определению, содержащемуся в Федеральном законе «Об электронной цифровой подписи»[13].


Между тем п
роект федерального закона №305592-5 «Об электронной подписи», предусматривающий признание утратившим силу Федерального закона «Об электронной подписи», в настоящее время принят Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении.


Однако общественные отношения, возникающие при электронном документообороте, по нашему мнению, относятся к предмету правового регулирования законодательства в сфере электронной цифровой подписи, и целесообразность внесения указанного изменения в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации» представляется дискуссионной.


В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 11 ноября 2005 года №679 «О Порядке разработки и утверждения административных регламентов исполнения государственных функций (предоставления государственных услуг)»
[14] утверждено более 100 административных регламентов, предусматривающих исполнение государственных услуг, в том числе и с использованием информационно-коммуникационных технологий.


Таким образом, можно констатировать, что в настоящий момент электронный документ применяется в таких отраслях, как социальная сфера, правоохранительная и миграционная деятельность, бизнес и др.


Однако до сих пор остается нерешенным вопрос о необходимости совершенствования законодательства в части хранения и архивирования электронных документов. В этой связи требует изучения целесообразность внесения соответствующих изменений, в частности в Федеральный закон «Об архивном деле в Российской Федерации».


Прозрачности и эффективности предоставления государственных услуг с использованием информационно-коммуникационных технологий будет способствовать мониторинг правоприменения, который осуществляется в рамках реализации Национальной стратегии противодействия коррупции и Национального плана противодействия коррупции на 2010–2011 годы, утвержденных Указом Президента Российской Федерации от 13 апреля 2010 года №460
[15].


По результатам проводимой в настоящее время в России антикоррупционной экспертизы проектов нормативных правовых актов наибольшее количество коррупциогенных фактов, выявленных в проектах нормативных правовых актов федерального уровня и ведомственных нормативных правовых актах, связано с реализацией полномочий органов государственной власти и органов местного самоуправления.


Кроме того, распространенным коррупциогенным фактором, по данным мониторинга Министерства юстиции РФ, является отсутствие или неполнота административных процедур, связанных, в том числе, и с возможностью предоставления государственной услуги с использованием информационно-коммуникационных технологий.

 

Совершенствование законодательства о персональных данных

           
В настоящее время активно совершенствуется законодательство в сфере использования информационно-коммуникационных услуг, и к числу приоритетных задач в этом направлении относятся регулирование правоотношений в сфере Интернет, государственных услуг, персональных данных, электронных средств массовой информации, борьба с компьютерной преступностью.

           
Однако необходимость совершенствования законодательства в сфере использования информационно-коммуникационных технологий связана не только с положительными аспектами, но и с появлением новых угроз в сети Интернет. И эта проблема диктует необходимость формирования единой государственной политики безопасности использования сети Интернет.


Одной из наиболее актуальных проблем в этой сфере правоотношений является защита персональных данных при их обработке с использованием средств автоматизации.


Федеральный закон «О персональных данных»
[16] вступил в силу еще в 2007 году, но до сих пор существуют проблемы, связанные с его реализацией.


Российская Федерация присоединилась к Конвенции Совета Европы о защите физических лиц при автоматизированной обработке персональных данных в ноябре 2001 года и ратифицировала ее в 2005 году, но до настоящего времени Российской Федерацией не направлены ратификационные грамоты. Это вызвано необходимостью выполнения Российской Федерацией обязательств по имплементации в федеральное законодательство положений конвенции, связанных с защитой физических лиц при автоматизированной обработке их персональных данных.


После ратификации конвенции в 2005 году Российская Федерация де-юре приняла на себя обязательство по принятию пакета изменений в национальное законодательство, связанных с обработкой и хранением персональных данных.


Перечень необходимых изменений вытекает из требований, установленных статьей 4 данной конвенции, предусматривающей, что каждая сторона принимает необходимые меры в рамках своего национального права с целью ввести в действие основополагающие принципы защиты данных, изложенные в конвенции, не позднее момента вступления в силу конвенции в отношении этой стороны.


Имплементация принципов конвенции в национальное законодательство является также обязательным условием подписания соглашения Россия – Евроюст о сотрудничестве, договоренность о разработке которого зафиксирована в разделе III «Дорожной карты» общего с Евросоюзом пространства свободы, безопасности и правосудия.


В настоящее время в Федеральный закон «О персональных данных» внесен ряд изменений, связанных с реализацией международных договоров Российской Федерации о реадмиссии, приведением информационных систем персональных данных в соответствие с требованиями конвенции в срок не позднее 1 января 2011 года, а также с исключением из сферы действия данного федерального закона информации о судебной деятельности.


Последние изменения направлены на обеспечение открытости судебной деятельности, предусмотренное Федеральным законом «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»
[17].


Исключение из сферы действия Федерального закона «О персональных данных» отношений, возникающих при предоставлении общедоступной информации о деятельности судов в Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления»
[18] позволит избежать противоречий в подходах к обеспечению доступа к информации о деятельности судов и обязанности операторов и третьих лиц, получивших доступ к персональным данным, по обеспечению их конфиденциальности.


Вместе с тем представляется заслуживающим внимания мнение М.М. Карелиной и Л.Л. Панкевич о том, что в целях соблюдения баланса интересов отдельного человека и общества особого внимания требует порядок размещения в сети Интернет приговоров в случаях рассмотрения уголовного дела в закрытом судебном заседании и оглашения только вводной и резолютивной частей приговора в соответствии с требованиями части 7 статьи 241 УПК РФ.
[19]


Задача совершенствования законодательства о персональных данных остается актуальной и
требует комплексного подхода.


В ходе парламентских слушаний «Актуальные вопросы развития и применения законодательства о защите прав граждан при обработке персональных данных», прошедших в Государственной Думе 20 октября 2009 года, отмечалась неготовность к реализации требований Федерального закона «О персональных данных» в полном объеме к моменту его полного вступления в силу как организациями, осуществляющими сбор и обработку персональных данных, так и отдельными государственными структурами.


В ноябре 2009 года в Государственную Думу внесен законопроект №282499-5 «О внесении изменений в Федеральный закон «О персональных данных», направленный на устранение указанных проблем, который в мае 2010 года Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации принят в первом чтении
и направлен на подготовку поправок ко второму чтению.


Кроме того, в соответствии с
Федеральным законом от 27 июля 2010 года №213-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О судебных приставах» и статьей 64 Федерального закона «Об исполнительном производстве»[20] по вопросам предоставления судебным приставам персональных данных» установлен порядок обработки судебным приставом полученных им персональных данных физических лиц, а также согласования законодательства об исполнительном производстве с Федеральным законом от 27 июля 2006 года №152-ФЗ «О персональных данных»[21].


Принятие указанных изменений потребует внесения изменений в статью 6 Федерального закона «О персональных данных», устанавливающую условия обработки персональных данных.


Таким образом, работа по совершенствованию законодательства о персональных данных в части усиления механизмов контроля и надзора за обработкой персональных данных требует своего логического продолжения.

 

Обеспечение информационной безопасности


В рамках совершенствования законодательства в информационной сфере в июне 2010 года Правительством РФ внесен в Государственную Думу проект федерального закона «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».


Необходимо отметить, что законопроект направлен на обеспечение единства понятийного аппарата, используемого в законодательстве Российской Федерации об информации, информационных технологиях и о защите информации.


В целях урегулирования общественных отношений, возникающих при использовании сети Интернет, при Министерстве связи и массовых коммуникаций РФ создана межведомственная рабочая группа по подготовке проекта федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам регулирования отношений при использовании информационно-телекоммуникационной сети Интернет».


Указанным законопроектом предполагается внесение изменений в законы Российской Федерации «О средствах массовой информации» и «О защите прав потребителей», федеральные законы «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», «О связи», Уголовный кодекс Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации.


В рамках разработки данного законопроекта предполагалось урегулировать вопросы правоотношений, связанных с использованием сети Интернет, в том числе вопросы юрисдикции.


Любая деятельность в Интернете является международной, то есть возникают вопросы экстерриториальности.


Практика работы федеральных органов исполнительной власти в сфере обеспечения информационной безопасности свидетельствует о нарастающей тенденции использования возможностей сети Интернет в противоправной деятельности. Современное нормативно-правовое регулирование не в полной мере соответствует существующим угрозам. Действующий механизм саморегулирования в этой сфере не способен обеспечить защиту личности, общества и государства.


В настоящее время к компьютерным относятся преступления, предусмотренные не только главой 28 Уголовного кодекса Российской Федерации, но и преступления, совершенные с использованием информационных технологий: статье 146 (Нарушение авторских и смежных прав), 159 (Мошенничество), 160 (Присвоение и растрата), 165 (Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием), 171 (Незаконное предпринимательство), 183 (Незаконное получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну), 187 (Изготовление или сбыт поддельных кредитных либо расчетных карт и иных платежных документов), 272 (Неправомерный доступ к компьютерной информации), 273 (Создание, использование и распространение вредоносных программ для ЭВМ), 274 (Нарушение правил эксплуатации ЭВМ, системы ЭВМ или их сети).


Однако содержание статей Уголовного кодекса в области компьютерных преступлений осталось тем же, что и в 1996 году после его принятия, никакие существенные изменения в его положения, связанные с преступлениями в информационной сфере, не внесены.


В то же время законодательство в информационной сфере развивается, и за период с января 2009 года по настоящее время на федеральном, региональном и ведомственном уровнях принято более 150 нормативных актов, регулирующих отношения в информационной сфере и содержащих обязательные требования, за нарушение которых предусмотрена уголовная ответственность.


В связи с этим очевидно, что требуется тщательная работа по совершенствованию понятийного аппарата, в первую очередь уточнение таких понятий, как «компьютерная информация», «электронно-вычислительная машина (ЭВМ)», «система ЭВМ или их сеть» и др.


Следует отметить, что определения указанных понятий законодательно не закреплены, что усложняет правоприменительную практику при квалификации действий субъектов компьютерных преступлений.


Существует также проблема унификации терминологии, используемой в информационном законодательстве.


Примером может служить применение термина «Интернет». Содержание этого понятия законодательно не закреплено. Однако в настоящее время термин «Интернет» широко используется в более чем 100 федеральных законах и во многих подзаконных актах. В связи с этим указанный термин понимается неоднозначно. Можно условно выделить четыре группы законодательных актов, где Интернет является:


– информационной системой (статья 264 Налогового кодекса Российской Федерации (часть 2)
[22];

– информационно-телекоммуникационной сетью общего пользования (статья 185.3 части 2 Уголовного кодекса Российской Федерации[23]; статья 5.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях[24]);

– международной ассоциацией сетей (статья 247 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации[25]);

– международной компьютерной сетью (статья 9 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности»[26]).


Для создания условий эффективного противодействия противоправной деятельности, осуществляемой посредством сети Интернет, необходимо введение государственного регулирования отдельных общественных отношений, связанных с использованием этой сети и управлением ею на территории Российской Федерации, функционированием системы доменных имен в национальных доменах Российской Федерации, определение базовых понятий.


В связи с этим одним из направлений совершенствования нормативного правового обеспечения в области борьбы с компьютерной преступностью является включение единообразных дефиниций понятий в правовые акты, содержащие нормы об информационной безопасности, для более эффективного определения степени ответственности за компьютерные преступления.


Актуальной задачей нормативного правового обеспечения в области борьбы с компьютерной преступностью является расширение сферы уголовно-правового регулирования путем уточнения перечня преступлений, содержащихся в Уголовном кодексе Российской Федерации, с учетом современных тенденций развития информационного законодательства.


В Уголовный кодекс Российской Федерации необходимо включать новые объекты преступления, в том числе государственные объекты и обеспечивающую их деятельность инфраструктуру.


Одним из направлений расширения перечня компьютерных преступлений может являться включение в Уголовный кодекс Российской Федерации такого специального квалифицированного состава, как неправомерный доступ к государственным информационным системам и содержащимся в них государственным информационным ресурсам, в том числе размещенным в сети Интернет.


Процесс совершенствования уголовного законодательства связан с динамичным развитием информационного законодательства. Обусловлено это тем, что компьютерная преступность сегодня имеет трансграничный характер и является угрозой международной информационной безопасности.


Вместе с тем ужесточение уголовной ответственности в сфере компьютерной преступности должно основываться на анализе правоприменительной и судебной практики, свидетельствующем о недостаточной эффективности действующих мер ответственности за преступления, совершенные с применением информационных технологий.


Ключевым направлением совершенствования законодательства в информационной сфере является установление правового режима электронных средств массовой информации. Представляется, что следующим этапом совершенствования законодательства о СМИ должна стать разработка и законодательное закрепление критериев отнесения сайтов в сети Интернет к средствам массовой информации.


Как справедливо отмечает И.Л. Бачило, единого мнения об определении электронных средств массовой информации пока не сложилось. Вопросы электронных СМИ чаще всего поглощаются проблемами вещательных и телекоммуникационных услуг или универсальных информационных услуг.
[27]


Такой подход поддерживает В.Н. Монахов, полагающий, что «в России организационно-правовая коллизия «сайт – средство массовой информации» до сих пор не получила однозначного нормативного правового разрешения».
[28]


Однако 15 июня 2010 года Пленум Верховного Суда РФ принял постановление «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации»
[29], согласно которому сайты в сети Интернет не подлежат обязательной регистрации как СМИ. При этом регистрирующий орган не вправе отказать в регистрации сайта в сети Интернет в качестве средства массовой информации, если его учредитель выразит желание получить такую регистрацию.

 

Таким образом, исследование только нескольких блоков, направлений, составляющих информационную сферу, позволяет сделать вывод о том, что процесс совершенствования законодательства, регламентирующего процедуры предоставления государственных услуг в электронном виде, не завершен и продолжается, в том числе в целях его оптимизации.


Важным этапом в формировании глобального информационного пространства является выработка правовых инструментов межгосударственного (международного) регулирования.


Одним из таких инструментов, направленных на выработку принципов и форм взаимодействия в глобальном информационном пространстве, должен стать законодательный акт, при этом представляется, что целесообразна разработка именно кодифицированного акта, хотя этот вопрос продолжает носить дискуссионный характер.


Проект модельного информационного кодекса, подготовленный в рамках Содружества Независимых Государств, достаточно широко обсуждается, однако в представленной редакции поддержан быть не может.


При этом важно отметить, что такой проект должен быть направлен на кодификацию норм информационного законодательства различных государств СНГ и одновременно призван выполнить задачу гармонизации принципов регулирования и соответствующих нормативных правил. Эта задача в рамках глобального информационного пространства требует не только выработки общих подходов при формировании общей части такого законодательного акта.


Особое внимание при этом следует уделить вопросам юрисдикции в информационных правоотношениях, поскольку именно они, как показывает анализ зарубежного законодательства в информационной сфере, не регулируются законодательством большинства государств. Однако развитие сети Интернет, трансграничный характер значительного числа электронного документооборота требуют достижения определенного консенсуса в том, какие коллизионные привязки должны существовать при нахождении операторов и потребителей информационных услуг, владельцев и пользователей информационных объектов в разных юрисдикциях.


Интернет – это сложное явление, которое требует глубокого научного анализа, изучения особенностей связанных с ним отношений при построении информационного общества в России, поскольку без этого невозможно обеспечение национальной безопасности в информационной сфере, а именно это должно стать одним из основных принципов при построении в России информационного общества. Эти принципы определены в Стратегии развития информационного общества в России
[30], а также пронизывают Стратегию национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года[31], утвержденные Президентом Российской Федерации в 2008–2009 годах.


Нормативно-правовая база обеспечения информационной безопасности в российском сегменте сети Интернет должна составлять правовую основу развития единого информационного пространства России и являться фундаментом для построения информационного общества в Российской Федерации.


Сегодня как никогда актуально проведение научных исследований в области правовой природы Интернета в целях определения проблемных вопросов и выработки правовых подходов к их решению.


Вопросы правового обеспечения информационной безопасности в российском сегменте сети Интернет приобретают особую актуальность в связи с созданием электронного правительства и предоставлением государственных услуг в электронном виде. К 2014 году в Российской Федерации запланирован переход на оказание государственных услуг в электронном виде в полном объеме с использованием универсальных электронных карт на всей территории страны, и это потребует правового обеспечения информационной безопасности в российском сегменте сети Интернет на основе фундаментальных научных исследований в этой области.


Среди подзаконных актов, изданных Правительством Российской Федерации в последнее время, следует отметить, что:


– постановлением Правительства Российской Федерации от 10 сентября 2009 года №723
[32] установлен Порядок ввода в эксплуатацию государственных информационных систем;

– постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 2009 года №754[33] утверждено Положение о системе межведомственного документооборота;

– постановлением Правительства Российской Федерации от 24 мая 2010 года №365 «О координации мероприятий по использованию информационно-коммуникационных технологий в деятельности государственных органов»[34] утверждены Правила подготовки планов информатизации государственных органов, устанавливающие порядок, сроки, содержание и формы подготовки федеральными органами исполнительной власти, иными государственными органами и органами управления государственными внебюджетными фондами планов информатизации государственных органов;

– постановлением Правительства Российской Федерации от 25 декабря 2009 года №1088[35] утверждено Положение о единой вертикально интегрированной государственной автоматизированной информационной системе «Управление».


Законодательство как действующая и постоянно развивающаяся нормативная правовая система, в которую сегодня уже полноправно включается информационное законодательство, должно выступать как эффективный регулятор общественных отношений.


В настоящее время процесс законодательной деятельности, связанной с применением информационно-телекоммуникационных технологий, как уже отмечалось, сопровождается ростом количества нормативных правовых актов, принимаемых как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации. Такое увеличение сопровождается проявлением различных юридических дефектов: противоречий, дублирования норм, пробелов, что негативно сказывается на процессе их реализации, а именно на правоприменительной деятельности. В итоге эти обстоятельства ослабляют целостность законодательства, а также создают предпосылки для развития правового нигилизма в обществе.


Вместе с тем высокий уровень правосознания граждан является одним из составных условий эффективности законодательства в информационной сфере.


Для повышения уровня правосознания и правовой культуры общества в целом, преодоления правового нигилизма граждан важное значение имеет мониторинг правоприменения, который позволяет оценивать эффективность действия норм права. Особое внимание следует обратить на практику правоприменения в информационной сфере, пронизывающей все области жизни, поскольку от нее во многом зависит эффективность реализации прав граждан.


Завершая исследование, отметим, что отдельные институты информационного права нуждаются в модернизации с учетом развития информационных технологий и изменений в информационных отношениях. И все инициативы по совершенствованию нормативного правового регулирования в информационно-телекоммуникационной сфере должны быть направлены на решение главной задачи – построения информационного общества в Российской Федерации.

 


Статья подготовлена при участии

кандидата юридических наук

Е.В. Семизоровой



[1] Российская газета. 2008. 16 февр.

[2] Российская газета. 2009. 19 мая.

[3] Поленина С.В., Гаврилов О.А., Колдаева Н.П., Лукьянова Е.Г., Скурко Е.В. Воздействие глобализации на правовую систему России // Государство и право. 2004. №3. С. 5.

[4] Некипелов А.Д. Процесс глобализации и выбор стражами СНГ сценариев социально-экономического развития // Глобализация экономики, региональная интеграция, влияние этих процессов на положение трудящихся государств – участников СНГ. М., 2002. С. 12–13.

[5] Делягин М.Г. Мировой кризис: общая теория глобализации: Курс лекций. М., 2003.

[6] Defarges P.M. La mondialisation. Presses Universitaires de France, 1997.

[7] Beck U. What is Globalization? Cambridge, UK. 2000. P. 19–20.

[8] Российская газета. 2008. 26 дек.

[9] Там же. 2009. 13 февр.

[10] Собрание законодательства РФ. 2010. №31. Ст. 4179.

[11] Российская газета. – 2010. – 2 августа.

[12] СЗ РФ. – 2006. – № 31. – Ст. 3448.

[13] Российская газета. – 2002. – 12 января.

[14] СЗ РФ. 2005. №47. Ст. 4933.

[15] Российская газета. 2010. 15 апр.

[16] Российская газета. 2006. 29 июля.

[17] Там же. 2008. 26 дек.

[18] Там же. 2009. 13 февр.

[19] Карелина М.М., Панкевич Л.Л. К вступлению в силу Федерального закона «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации (Судебные акты и проблема персональных данных) // Российское правосудие. 2009. №10 (42). С. 84–88.

[20] Российская газета. 2010. 30 июля.

[21] Там же. 2006. 29 июля.

[22] СЗ РФ. 2000. №32. Ст. 3340.

[23] Там же. 1996. №25. Ст. 2954.

[24] Российская газета. 2001. 31 дек.

[25] Там же. 2002. 27 июля.

[26] Там же. 2002. 30 июля.

[27] Бачило И.Л. Информационное право: Учебник для вузов. М., 2009. С. 335.

[28] Монахов В.Н. СМИ – что день грядущий им готовит? / Теоретические проблемы информационного права. М., 2006. С. 71.

[29] Российская газета. 2010. 18 июня.

[30] Российская газета. 2008. 16 февраля.

[31] Там же. 2009. 19 мая.

[32] Там же. 2009. 18 сент.

[33] Там же. 2009. 30 сент.

[34] СЗ РФ. 2010. №22. Ст. 2778.

[35] СЗ РФ.2010. №1. Ст. 101.






Материал, предоставленный для "Федерального справочника "Связь и массовые коммуникации в России". Опубликован в томе № 9.

 

 

Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
 
Реклама

федеральный справочникФедеральный Справочник
127025, г. Москва, Новый арбат, д. 19
107023, г. Москва, Семёновский переулок, д. 15

Тел.: +7 (495) 783-52-12
Факс: +7 (495) 783-89-38